Среди инструментов, призванных обеспечить защиту ЕС и от внешнего врага, и от гуманитарных проблем, вызванных беженцами, и от угрозы международного терроризма, а также способных повысить роль ЕС в мире, часто упоминается идея создания единых европейских вооруженных сил. Инициатива озвучена достаточно давно, но годы идут, а реальных шагов в этом направлении практически нет. В частности, еще Лиссабонский договор 2007 года обязал членов ЕС оказывать военную помощь любому из членов союза в случае, если в отношении него осуществлена агрессия. Кроме того, этот же договор заложил юридические основы для создания единой европейской армии. Однако члены ЕС не спешили реализовывать этот проект.

В зависимости от текущей политической конъюнктуры вопрос создания объединенных сил Европы всплывает то чаще, то реже. Вот и сейчас сразу несколько стран вспомнили о проекте. Однако позиции их столь различны, что говорить о перспективах скорого создания объединенной армии сложно. Так президент Чехии Милош Земан, который последовательно, на протяжении нескольких лет отстаивает идею создания единой европейской армии, считает , что именно ее отсутствие стало одним из основных факторов, не позволяющих эффективно противостоять потоку беженцев. С другой стороны, англоязычная пресса раздувает шумиху вокруг этого вопроса исключительно в связи с активной подготовкой к июньскому референдуму в Великобритании. Сторонники выхода из ЕС пытаются представить проект создания европейской армии еще одной угрозой суверенитету Британии и идеей, оттягивающей на себя необходимые для НАТО финансовые и материальные ресурсы.

Нынешнее руководство ЕС, похоже, не в состоянии решить стоящие перед Европой проблемы, а потому все больше внимания уделяется не Брюсселю с его безвольными бюрократами, а позиции локомотива евроинтеграции — Германии. Вот и сейчас в фокусе внимания политиков и журналистов оказалось решение Берлина отложить презентацию новой стратегии Германии в области обороны и безопасности на июль, пока не будут известны результаты британского референдума, дабы не оказывать давление на голосующих.

Подготовка этого документа началась еще год назад. В феврале 2015 года министр обороны ФРГ Урсула фон дер Ляйен заявила о начале разработки новой стратегии страны, которая должна заменить документ, действовавший с 2006 года. Уже тогда все обратили внимание, что в заявлении министра отмечалась необходимость отказа от ограничений военной политики , которые были присущи ФРГ на протяжении всех послевоенных лет.

Пока готовился документ, нет-нет да и появлялись заявления политиков о необходимости создания вооруженных сил Европы. То Глава Еврокомиссии Жан-Клод Юнкер убеждает , что единая армия гарантирует мир между членами ЕС и повысит авторитет Европы, то министр экономики Германии Вольфганг Шойбле призывает Германию больше вкладывать в создание единой армии Евросоюза.

До настоящего времени основной причиной пробуксовки этого проекта можно назвать не только сопротивление отдельных членов Евросоюза и неумелую политику Брюсселя, но и отсутствие у главного адепта евроинтеграции, Берлина, желания реально действовать в этом направлении. С началом кризиса на Украине и вступлением России в военные действия в Сирии Германия посчитала, что время действовать пришло. За заявлениями о серьезных угрозах европейской безопасности с востока и юга скрыто давнее желание Берлина развязать себе руки в вопросах проведения активной военной политики. Ранее любые поползновения в сторону повышения военной роли Германии в мире натыкались как на осуждение внутри немецкого общества, так и на противодействие других стран. Главным сдерживающим мотивом были обвинения в попытках возродить немецкий милитаризм, так дорого обошедшийся человечеству в XX веке.

Кстати, аналогичной тактики придерживается и правительство Абэ с той лишь разницей, что Германия вот уже 70 лет пытается продемонстрировать раскаяние за военные преступления, а Япония даже в этом не готова идти на уступки, что и сохраняет серьезные проблемы в отношениях с Китаем и Южной Кореей.

Несколько подпортил немецкую политику вопрос с беженцами. Волна азиатов и африканцев, хлынувшая в Европу, резко увеличила число евроскептиков. Для многих из них Германия и ее руководители стали олицетворять источник нарастающей проблемы. Глядя на беззубых еврочиновников в Брюсселе, чей политический запал обратно пропорционален росту проблем ЕС, у большинства европейцев уже нет сомнений в том, кто решает их общую судьбу. Именно Берлин все более авторитарно продвигает ключевые решения в Евросоюзе. Большинство государств или согласились идти в русле немецкой политики, или пытаются откровенным шантажом вырвать себе хоть какие-то преференции. Именно поэтому вслед за Британией в европейскую политическую моду вошли угрозы проведения референдумов о выходе из ЕС. Но большинство из этих угроз не более чем буря в стакане. Демократия по-европейски уже давно свелась к двухступенчатому процессу: бурные дебаты, а затем единогласное решение, навязанное сильнейшим. Правда, чем эта схема кардинально отличается от столь ненавистных либералам советской или китайской, не ясно. Каков смысл в предварительной дискуссии, если на принятие решения она не оказывает ровным счетом никакого влияния?

Но вернемся к европейской армии. Основным противовесом Германии в Европе остаются США. Помимо структур НАТО американцы обладают возможностью влиять непосредственно на политику отдельных членов Евросоюза. Особенно это заметно на примере Центральной и Восточной Европы. Дабы не вызывать подозрения у столь мощного соперника как Вашингтон, Берлин каждый свой шаг сопровождает заявлениями о важной роли НАТО и США в обеспечении европейской безопасности.

Несмотря на отсутствие прогресса в вопросе формирования единых вооруженных сил, нельзя говорить о том, что в направлении сотрудничества в военной сфере в Европе ничего не предпринималось. Если не брать в расчет деятельность в рамках НАТО, где первая скрипка принадлежит США, европейские страны отдавали предпочтение двусторонним или узкорегиональным договорам в области безопасности. В качестве примеров могут служить сотрудничество в рамках Вышеградской группы, шведско-финское партнерство, договоренности между Болгарией, Венгрией, Хорватией и Словенией. Эти и другие шаги европейских стран по сближению в военной сфере преследуют несколько целей:

повышение уровня подготовки военных специалистов;

улучшение взаимодействия и координации действий военных соседних государств;

отказ от российской и советской военной техники в пользу западных образцов (актуально для Восточной и Южной Европы);

углубление сотрудничества в сфере разработки и производства военной техники как для собственных нужд, так и для экспорта в третьи страны.

Следует отметить, что дополнительным стимулом к развитию сотрудничества в военной и военно-технической сферах является и одобренное на Уэльском саммите стран НАТО обязательство повысить уровень расходов на национальную оборону до 2% ВВП. И хотя часть членов ЕС не входят в НАТО, большинство государств Евросоюза, особенно в Восточной, Северной и Юго-Восточной Европе стремятся нарастить свои военные бюджеты.

Кроме того, ряд стран стараются решить за счет двустороннего и регионального сотрудничества вопросы развития собственного ВПК. Так, например, Польша в своей Программе поддержки региональной безопасности, рассчитанной на сотрудничество с восточноевропейскими государствами от Болгарии до Эстонии, в качестве одной из главных задач официально заявила продвижение польского ВПК за рубежом.

Германия в этом процессе также играет одну из ключевых ролей. Ее военный и промышленный потенциал, а также политическая поддержка способствуют развитию связей с соседями. Так, с Польшей немцы планируют разрабатывать бронетранспортеры, с французами и итальянцами — ударные беспилотники, с французами — новое поколение танков.

Последние годы наблюдается тенденция повышения степени взаимодействия и объединения военных разных стран в единые боевые подразделения. Как тут опять не вспомнить Великобританию, так демонстративно отстаивающую свой суверенитет и не желающую подчиняться европейцам. Это не мешает ей систематически проводить совместные учения с европейцами. Кстати последние масштабные франко-британские учения прошли не далее как в апреле 2016 года.

Еще одним примером может стать решение стран Бенилюкса объединить свои силы по защите воздушного пространства. В рамках договор «Ренегат», заключенного в прошлом году, ВВС Бельгии и Нидерландов смогут выполнять боевые задачи вплоть до боевых действий в воздушном пространстве всех трех государств.

На севере Европы между Финляндией и Швецией действует договор о совместной военно-морской группе, которая при выполнении боевых или учебных задач может использовать порты обеих стран.

В Восточной Европе реализовывается проект создания совместного польско-литовско-украинского батальона.

Но дальше всех продвинулись немецкие и голландские военные. Такой степени интеграции в Европе не было со времен Второй Мировой войны, когда войска одних государств входили в состав армий других стран. Так моторизованная бригада Нидерландов включена в состав немецкой дивизии быстрого реагирования. В свою очередь, морской десант Бундесвера вошел в качестве составной единицы в подразделение голландской морской пехоты. К концу 2019 года объединяемые подразделения должны быть полностью интегрированы и боеспособны.

Таким образом, процессы установления более тесных взаимосвязей между вооруженными силами европейских государств активно развиваются. Выход на более масштабный уровень интеграции сдерживался политическим противодействием со стороны правительств отдельных государств-членов ЕС и пассивностью руководства Евросоюза. События последних лет, активная пропагандистская кампания по формированию образа врага в лице России, желание располагать собственными силами для проведения военных операций за пределами ЕС — все это играет на руку сторонникам создания единой европейской армии.

Германия, остающаяся наиболее активным приверженцем интеграционных процессов в Европе, готова к тому, чтобы использовать сложившуюся ситуацию для запуска полномасштабной программы объединения военного потенциала европейских государств. На первоначальном этапе Берлин столкнется с теми же трудностями, которые тормозили этот процесс уже много лет. Однако, если новая стратегия Германии в области безопасности продемонстрирует решимость немецкого руководства отказаться от сдерживавших его ранее стереотипов, можно не сомневаться, Германия мобилизует свои силы и свой авторитет для достижения поставленной цели. Вопрос только в том, как отреагируют крупные геополитические игроки, в первую очередь, Россия и США на реальную перспективу появления вооруженных сил Европы.

Европейские вооруженные силы и задачи региона

Европейские силы или Корпус быстрого реагирования стал реакцией европейских континентальных держав на беспрецедентное в истории господство США в политической и военной сферах. События в Грузии и попытки России форсировать свой проект по так называемому «урегулированию» карабахской проблемы вызвали интерес к миротворцам, и, естественно, было обращено внимание на Евросилы.

Тем не менее, европейцы категорически отказались участвовать в миротворческой операции в Грузии после событий августа 2008 года. В связи с этим, необходимо обратить большее внимание на суть и цели Европейских вооруженных сил, мотивы и характер их создания, идею вообще, а также намерения в проведении соответствующих операций в регионах. Возвращение Франции в военную организацию НАТО вовсе не ставит под вопрос развитие Евросил, напротив, по замыслу французов, роль Евросоюза в глобальной системе безопасности должна возрасти.

Данная структура создана не в рамках так называемого Западноевропейского союза, а представляет собой воплощение новой идеи использования силы в напряженных очагах в ограниченных объемах. Несмотря на эффективное участие европейских государств в очагах напряженности в Боснии и в Косово, европейцы поняли, что оказались соподчиненной силой по отношению к США, и у них не стало сомнений в необходимости формирования европейских сил. Если раньше за развитие данной инициативы активно выступали только Франция и Германия, то после встречи Жака Ширака и Тони Блэра в Сен-Мало Великобритания всецело поддержала данный проект.

Тем не менее, Германия, в силу различных особенностей исторического прошлого, не стремится выступать в качестве лидера в данном проекте и предпочитает следовать за Францией, всячески поддерживая ее. Франция остается лидером в формировании данного проекта и стремится подчеркнуть его антиамериканскую или, по крайней мере, альтернативную значимость. Германия более сдержанно выражает альтернативный характер создания европейских сил и даже пытается играть на противоречиях Франции и США. Великобритания, хотя и поддерживает проект, но стремится оставаться лояльной к США, сохраняя свою роль главного партнера США в Европе и «посредника» между США и Европой.

Позиция Великобритании сводится к сохранению роли НАТО как глобальной военной организации западного сообщества, и четкому разделению функций между НАТО и европейскими силами. Европейцы, в том числе Франция, вынуждены признать безальтернативность НАТО на данном этапе в части проведения таких операций. Европейские силы призваны участвовать в урегулировании отношений в зонах конфликтов, в которых уже погашена вооруженная составляющая. То есть, по существу, функции европейских сил сводятся к выполнению миротворческих операций. В определенном смысле они становятся альтернативой войскам ООН.

В настоящее время европейцы прежде всего заинтересованы в обеспечении порядка в Европе. Представляется важной проблема о пространственной ответственности европейских сил, границах и пределах их действия. Это также относится к ряду нерешенных вопросов, хотя, возможно, в этой сфере проблем имеется большая определенность. В этой части также все будет зависеть от принятия конкретных политических решений, которые обусловлены европейскими интересами.

Франция очень заинтересована в осуществлении миротворческих операций в Сьерра-Леоне и Западной Африке вообще, а также в других своих бывших колониях. Италия весьма заинтересована в Балканах (Хорватия, Босния, Албания, Македония). Германия также заинтересована в применении этих войск на Балканах, а также, если понадобится, в Центральной Европе. Германия с подачи Франции серьезно обсуждает вопрос о применении первых созданных в рамках европейских сил воинских частей в Приднестровье. (Видимо, в этом заинтересованы и США). Южный Кавказ остается для европейских государств крайне нежелательным регионом для военного присутствия.

Ведущие европейские государства постараются отмежеваться от применения военных контингентов Европы на Кавказе. Вместе с тем, при достижении в этом регионе достаточно убедительных согласований по урегулированию конфликтов, особенно, в Абхазии и в Нагорном Карабахе, присутствие европейских воинских контингентов может стать реальностью. Это согласуется с заинтересованностью России в сотрудничестве с Европой, в том числе, в проекте формирования европейской оборонной инициативы. Франция пытается сформировать европейскую политику и утвердить интересы буквально везде - на Балканах, в Средиземноморье, в Африке, на Ближнем Востоке и Кавказе, в Юго-Восточной Азии и в России.

Военная операция в Косово продемонстрировала неспособность и неэффективность вооруженных сил европейских государств осуществлять гашение подобных очагов напряженности. Но наряду с этими проблемами выявлены и многие другие недостатки. Прежде всего, проявился совершенно низкий уровень координации действий военных контингентов в данных условиях, несовместимость лидирующих видов боевой техники, низкий уровень технической и транспортной мобильности войск, отсутствие понимания наиболее важных тактических задач, а также низкая эффективность принятия решений командованием. Следует отметить, что косовская операция осуществлялась НАТО, но низкую эффективность продемонстрировали именно европейские силы. Выяснилось, что производство вооружений в Европе далеко от совершенства, не имеет необходимой универсальности, осуществляется, скорее, по национальным стандартам. Практически, Европа не имеет общих стандартов и задач по производству вооружений.

Европейские компании по производству вооружений и правительства выяснили, что, несмотря на некоторые успехи в военно-технической сфере, они в целом отстают от ВПК США и не в состоянии применить новые технологии в условиях узких национальных рынков вооружений. Например, компании Великобритании экспортируют в США практически только компоненты вооружений, а не конечную продукцию. По оценке министерств обороны Франции и Великобритании, для успешного развития военного производства рынки вооружений должны быть расширены в 2-2,5 раза. Речь идет о лидирующих видах обычных вооружений, рынки которых не могут быть расширены за счет стран третьего мира. Только объединенная Европа может предоставить такой емкий и перспективный рынок.

США весьма настороженно относятся к развитию европейской оборонной инициативы. Вашингтон опасается возникновения долговременного противоречия между НАТО и европейским оборонным проектом. Могут возникнуть смешивание военно-политических функций, снижение финансовых затрат европейских государств по программам НАТО, политические противоречия между США и европейскими государствами в части осуществления тех или иных операций военного и миротворческого характера. Несмотря на то, что в уставных документах европейского оборонного проекта зафиксировано, что европейские государства - члены НАТО и Евросоюза - не намерены создавать особые вооруженные силы, а будут совершенствовать имеющиеся армии, повышая их боеспособность, эффективность и мобильность, американцы обвиняют европейцев, прежде всего, три ведущие государства, в намерениях ограничить свои затраты на оборону, в том числе, в рамках участия в НАТО. Правые круги в Конгрессе США призывают правительство либо ограничить, либо вообще вывести в течение 5 лет американские войска из Европы. В настоящее время в диалоге между США и европейскими государствами затрагиваются в качестве приоритетных две темы - ПРО и военные затраты европейцев.

Вряд ли в ближайшее время США пересмотрят свое участие в обеспечении безопасности в Европе и в своем военном присутствии в Европе. В целом же США считают создание европейских сил как ненужную, малоэффективную и тупиковую инициативу. США считают, что НАТО вполне способно выполнять все те задачи, которые стремятся решить европейцы. В США есть политические силы, которые достаточно спокойно воспринимают инициативы европейцев. Эти силы есть как в Республиканской, так и в Демократической партиях США. Большинство американских аналитиков также рассматривают европейскую оборонную инициативу как свершившийся факт и предлагают правительству США приложить усилия для разработки с европейцами принципиальных подходов в части согласования действий командования НАТО и европейских сил.

В ходе разработки концепции европейской оборонной инициативы выяснилось, что придется сотрудничать с НАТО и с США, так как для проведения операций в отдаленных регионах необходимо пользоваться разведывательными возможностями спутников, авиабазами и морскими базами, которыми не располагают европейские государства. Эти задачи пока не являются актуальными, но все же, нужны принципиальные перспективные решения. Разделение функций между НАТО и европейскими силами - проблема далеко не решенная. США не считают, что разделение функций и задач в данном случае происходит между теми же самыми войсками, которые одновременно будут иметь задачи и в НАТО, и в европейских силах. Поэтому, так или иначе, НАТО предстоят новые несогласованности, проблемы принятия политических решений и просто военные проблемы. По мнению США, создание европейских сил снижает эффективность НАТО и создает излишнюю проблематичность.

Русский фактор в создании европейских сил играет третьестепенную роль, но пренебрегать им нельзя. По мнению Франции и Германии, русские имеют определенный комплекс враждебности по отношению к НАТО, но успешно входят в диалог, в том числе, по проблемам безопасности, с отдельными европейскими государствами. У европейцев появилось устойчивое мнение, что Россию нужно воспринимать такой, какая она есть, и с ней можно успешно сотрудничать даже в военной сфере. Поэтому европейская оборонная инициатива вполне приемлема для России, в отличие от НАТО. Равноправные отношения с Россией в части региональной безопасности могут стать фактором более быстрой стабилизации ситуации. В ведущих европейских государствах сложилось мнение, что Россия идет по пути прагматизма, и, несмотря на жесткий стиль В.Путина, стремится к европейской ориентации. Считалось, что в руководстве России имеется много прагматиков, которые стремятся сделать Россию не только проевропейской страной, а тесно интегрированной в Европу.

Турция является для европейцев проблематичной страной, на ее территории часто ведутся военные действия. Но эта страна обладает важным геостратегическим влиянием в ряде регионов, где сложилась напряженная ситуация, и крупными вооруженными силами. Поэтому участие Турции в европейских силах представляется очень интересным и возможным. Вместе с тем, Турция, используя свое членство в НАТО, накладывает вето на одобрение создания Евросил. Турция приводит аргументы, заключающиеся в том, что она приложила много усилий для развития НАТО, а существующие силы стремится использовать Евросоюз, который не принимает ее в свой состав.

Турция может играть более важную роль в евроструктурах, если примет участие в Евросилах. При этом, Турция не скрывает своей заинтересованности в участии в миротворческих операциях на Южном Кавказе и в Центральной Азии, а также на Балканах и на Севере Ирака. Для европейцев Турция является весьма привлекательной, как военная сила, страной, но ее реальное участие в некоторых регионах вряд ли возможно из-за ее внутренних проблем и отношений с рядом государств на Ближнем Востоке, Южном Кавказе и на Балканах. Турция пытается использовать противоречия между США и Евросоюзом в своих политических интересах, в том числе, и вопрос о создании европейских сил.

Европейские государства не стремятся участвовать в применении воинских контингентов в урегулировании конфликтов на Кавказе. Но не только потому, что это очень опасный и трудно контролируемый регион. Большую роль в понимании проблематичности таких регионов сыграли Балканы. Вместе с тем, имеется фактор российского военного присутствия. Это, видимо, основной фактор. Присутствие на небольшой территории вооруженных сил России и Запада, которые не имеют должных политических согласований, может привести к неразберихе, хаосу, что дополнительно обострит обстановку. Возможно, создание европейских сил облегчит диалог с Россией в части согласования миротворческих операций в регионах, которые она считает зоной своих приоритетных интересов.

Перевод: Гамлет Матевосян

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.

Этим летом в европейском политикуме вновь оживились разговоры о создании собственной европейской армии. Так, в конце августа глава Еврокомиссии Жан-Клод Юнкер , выступая на форуме Альпах в Австрии, заявил :

«Нам нужна общая европейская внешняя политика, политика безопасности и общая европейская оборонная политика с целью когда-то создать европейскую армию, чтобы иметь возможность выполнить нашу роль в мире».

Юнкер Жан-Клод

По большому счету в этом не должно было бы быть никакой сенсации - ведь данный вопрос шеф европейского правительства поднимал еще в 2015 году. Но доселе эту затею воспринимали в штыки как США, так и их главный европейский сателлит Великобритания. «Мы наложили абсолютное вето на создание европейской армии» , - заявлял британский министр обороны Майкл Фэллон еще в июне.

Однако именно в июне в Туманном Альбионе произошло масштабное событие - пресловутый Brexit, референдум о выходе страны из ЕС. После чего ни о каком "вето" Лондона на любое из общеевропейских решений уже не может быть и речи, поскольку такие действия могут осуществлять лишь действующие члены Евросоюза.

Соответственно, может стать явью и идея создания единой европейской армии. Что не может вызывать следующие вопросы: зачем она нужна, каковы реальные перспективы этого начинания?

Неясности начинаются уже с первого вышеупомянутого пункта, когда Юнкер говорит о том, что такая армия требуется для того, чтобы «ЕС мог выполнить свою роль в мире». В смысле - а какова же эта самая "мировая роль"? На словах ЕС преследует якобы "благородные" цели. Все то же распространение пресловутых европейских ценностей. Однако на деле получается иначе: Европа пытается расширить сферу влияния, занять территорию российских национальных интересов и получить новые рынки сбыта для своей продукции.

Только опять же: а зачем для осуществления целей экспансии вне своих границ ЕС понадобилась еще и собственная армия? Запад последние десятилетия предпочитает добиваться своих целей политикой «мягкой силы»: в виде завоевания сердец зарубежных олигархов угрозой конфисковать их капиталы в европейских банках и якобы свободных журналистов, покупаемых за гранты всевозможных Фондов Сороса. Конечно, кто-то может впечатлиться словами все того же Юнкера насчёт будущей евроармии:

«Она не будет задействована сразу. Но общая европейская армия даст понять России, что мы серьезно относимся к защите ценностей ЕС».

Юнкер Жан-Клод

Дескать, если европейцы хотят создать серьезные собственные вооруженные силы, то исключительно, чтобы бороться с "российской экспансией". Тезис сколь грозный на первый взгляд, столь и смешной при более детальном рассмотрении. Все дело в том, что Европа не могла рассчитывать на сколько-нибудь серьезное противодействие СССР даже в эпоху холодной войны. Тогда, несмотря на куда более впечатляющие военные бюджеты, всеобщую воинскую повинность для граждан большинства европейских стран, военные аналитики и НАТО, и Советского Союза исходили из одного и того же прогноза. А именно - в случае начала третьей мировой войны в Европе без перерастания в глобальный ядерный конфликт, танки стран Варшавского договора уже спустя максимум пару недель должны были выйти на побережье Бискайского залива, заняв почти всю Европу по западное побережье Франции включительно.

Конечно, ныне в таком гипотетическом конфликте Российской армии пришлось бы наступать намного с более восточных, чем до 1991 года, позиций, но, в общем, исход такого наступления все равно не вызывает никаких сомнений у натовских стратегов. Отчего, собственно, ЕС с маниакальной настойчивостью и пытается создать возле своих восточных границ как можно более "толстый" пояс буферных государств, защищать которые ни Европа, ни НАТО не собираются, но которые должны затруднить возможное продвижение Российской армии в западном направлении.

Понятно, что вышеописанные страхи перед Россией столь же обоснованы, как и, скажем, фобии маленьких деток, боящихся заснуть из-за страха перед неким мифическим чудищем, которое сами же и выдумали. Но даже если на миг допустить их реальность, если Европа даже в рамках НАТО с помощью мощнейшей военной машины США, на европейских базах которых находится около 75 тысяч их военных, не могла чувствовать себя даже в минимальной безопасности в случае гипотетического наступления советской, а теперь Российской армии - на что же она может надеяться, исходя из расчета лишь на собственные силы?

Но, может, европолитики, на словах муссируя старые штампы о российской угрозе, потому и хотят заиметь собственную армию, что на деле в эту самую угрозу от России не верят? Тем более что тезис “европейцы хотят общую армию” очень неоднозначен. Кто именно хочет? Французы, например, и так имели со Второй мировой одни из самых мощных вооруженных сил в Европе и мире и имеют их до сих пор, постоянно используя для обеспечения своих интересов вне французских границ, обычно в виде Иностранного легиона.

Реально созданием мощной военной структуры озаботились "некоронованные короли" Евросоюза - немцы. Их власти всерьез заговорили о необходимости повышения оборонных расходов и стали прозрачно намекать на возможность возвращения “воинской повинности” , отмененной в ФРГ с 2011 года в связи с уже полным переходом на профессиональную армию.

Но еще более интересно, что идею о создании евроармии поддержали "новые европейцы", традиционно считающиеся сателлитами и проводниками интересов США в Евросоюзе. С таким призывом выступили не только известный своими часто эпатирующими высказываниями президент Чехии Земан, но и премьер страны Соботка , сходную позицию занял и его венгерский коллега . Кстати говоря, последнее заявление было сделано в рамках встречи лидеров “Вышеградской группы”, объединяющей, кроме Чехии и Венгрии, еще и Польшу со Словакией. Так что, в некотором смысле можно говорить о настоящем “бунте на корабле” - все более заметной переориентации ранее радикально-проамериканских восточноевропейских элит на "германское направление".

Кстати, все они - и "новые европейцы" и немцы с брюссельскими чиновниками - после традиционных кампаний о "необходимости противодействия российской угрозе" сквозь зубы начинают говорить об угрозах куда более реальных. В частности - о грозящей Старому Свету опасности миграционного кризиса, который уже начинают сравнивать с Великим переселением народов.

А ведь истоки этого великого переселения лежат как раз в политике США по поддержке "арабской весны" и разрушении хрупкой стабильности на Ближнем Востоке и Северной Африке. И даже сейчас сотни тысяч беженцев, среди которых скрывается и немало откровенных террористов, добираются в Европу при помощи якобы гуманитарных фондов, финансируемых теми же американцами. Которым выгодно максимальное ослабление ЕС как экономического конкурента, а ослабить такое крупное объединение без провоцирования политического кризиса достаточно затруднительно.

Понятно, что задействовать рамки НАТО для защиты реальных интересов европейцев, а не для форсирования геополитического противостояния Вашингтона с Москвой, у евростолиц вряд ли получится. А потому все более серьезно начинает купироваться вопрос о создании собственной европейской армии. Мощь которой будет явно недостаточной для реального противостояния с Россией (да и любым другим серьезным противником тоже), но вот для чисто “полуполицейских” операций она может пригодиться вполне.

Другое дело - насколько реальной вообще выглядит эта затея. Ведь полноценные вооруженные силы - это не только десятки миллиардов евро и новейшая техника. “Железо”, даже самое современное, без настоящего боевого духа применяющих его бойцов - почти ничто. А вот с этим самым “духом” у европейцев ныне очень большая проблема.

Собственно, больше всего ЕС ныне напоминает Древний Рим как раз в период упадка. Когда прежняя “военная демократия”, когда каждый гражданин, способный носить оружие, принимал участие в управлении государством, сменился плохо скрытой диктатурой сначала принцепсов, а затем и полноценных императоров, опирающихся уже на чисто наемные войска, тогдашних контрактников. Но вся беда в том, что общество, полностью доверяющее свою защиту исключительно таким “профессионалам”, даже из своих граждан, рано или поздно изнеживается, развращается, деградирует.

И ныне, когда соратники Меркель обсуждают вопрос повышения военных расходов, они же всерьез начинают рассматривать вопрос о возможности разрешить служить в бундесвере иностранцам. С одной стороны, вроде и неплохо - почти как Иностранный легион у французов, с другой - Рим тоже перед своей гибелью вынужден был создавать легионы не только из собственно римлян или хотя бы других граждан Империи, но и из числа готов.

В общем, попытка создания по-настоящему боеспособной общеевропейской армии явно не по плечу. Если их сменят новые люди, тогда что-либо может измениться. А пока эта идея носит чисто теоретический характер. Хотя и заслуживает пристального внимания как свидетельство начинающегося бунта европейцев против открытого диктата США, пусть и замаскированного под "патронат" в рамках НАТО.

Т ри года назад глава Еврокомиссии Жан-Клод Юнкер предложил создать собственную армию Евросоюза. Инициатива нашла поддержку, но так и не была осуществлена. Теперь у этого проекта появился более серьезный сторонник.

Президент Франции в очередной раз заявил, что ЕС сталкивается с многочисленными попытками вмешательства во внутренние демократические процессы и киберпространство. По его словам, Европа должна защищаться самостоятельно.

Несмотря на то, что большинство стран Европы входят в состав Североатлантического альянса (НАТО), собственной регулярной армии у Старого Света нет.

Идею единой армии поддерживают немецкие силовые министры и Ангелы Меркель. Против инициативы выступили в Великобритании и Финляндии, отметившие, что оборонная политика должна быть прерогативой руководства стран, а не альянса.

Интересно, что регулярные армии в Европе сегодня, в основном, являются малочисленными, так как финансирование направлено, в первую очередь на качество подготовки кадров.

Россия

Самой большой армией среди европейских стран обладает именно Россия. Численность действующих войск составляет 1 200 000 человек. На вооружении состоят более 2800 танков, 10 700 бронемашин, 2600 самоходных орудий, 2100 буксируемых артиллерийских орудий. Еще Россия имеет самое большое количество ядерных боеголовок в мире.

Также стоит отметить, что резервные войска России насчитывают 2 100 000 человек, а военизированные организации еще 950 000.

Турция

Также не входящая в Евросоюз Турция является второй страной Старого Света по численности действующих войск. В постоянной боевой готовности в Турции находятся 514 850 солдат, резервные войска насчитывают 380 000, а военизированные организации еще 148 700 человек.

Германия

Третья в общем рейтинге и первая по численности действующих войск в Евросоюзе армия дислоцируется в Германии. Регулярная армия насчитывает 325 000 солдат, а резерв - 358 650. Военизированные подразделения Германии имеют в своем составе всего 40 000 человек.

Франция

Вслед за Германией второй в списке самых больших армий стран Евросоюза идет Франция. Эти войска насчитывают 259 050 человек. Резерв французской армии составляет 419 000 человек, а военизированные подразделения - 101 400.

Украина

Пятой армией в общем списке стран Европы считаются вооруженные силы Украины. Действующие войска этой страны составляют 250 000 солдат. Резервные войска составляют 720 000 человек, а военизированные подразделения - 50 000.

Италия

Шестой среди стран Европы и третьей в Евросоюзе является армия Италии, где личный состав действующих войск насчитывает 230 350 человек, а резервный - всего 65 200 солдат. Военизированные подразделения Италии имеют 238 800 человек личного состава.

Великобритания

Выступившая против предложения о создании армии Евросоюза Великобритания имеет действующую армию, насчитывающую 187 970 человек. Резерв британской армии составляет 233 860 человек. Военизированных подразделений армия Великобритании не имеет.

Испания

Восьмая в списке и пятая в Евросоюзе армия расположена в Испании. В ней насчитывается 177 950 человек личного состава в действующей армии и 328 500 солдат в резерве. Военизированные подразделения Испании составляют 72 600 человек.

Греция

Армия Греции, которая, как и Испания, многие годы борется с кризисом, практически сопоставима по численности с коллегами по экономическим трудностям. Действующих войск армия Греции насчитывает 177 600 человек, а резерв - 291 000 солдат. Военизированные подразделения имеют лишь 4 000 человек личного состава.

Польша

Завершает десятку армия Польши, чьи действующие войска насчитывают 105 000 человек, а резерв - 234 000 солдат. Состав военизированных подразделений имеет 21 300 солдат.

Остальные армии стран Европы не превышают 100 000 человек.

Трудности создания общей армии Европейского союза заключаются не только в финансовой составляющей, но и в вопросе технической реализации, так как, помимо языковых различий, появятся и проблемы стандартизации условий службы, снабжения и техники. Тем не менее, по мнению специалистов, эта идея может быть реализована, но не в виде классической армии, а некоего подобия миротворческого контингента, работающего на постоянной основе.

Россия

После завершения холодной войны российской армии предстояло пройти тяжелый период трансформации и восстановить свой доступ к ресурсам, отмечает журнал. В условиях экономического подъема она получила приток инвестиций, а реформы элитных войск в разные годы позволили России провести две успешные операции в Чечне и Южной Осетии.

В будущем сухопутные войска могут столкнуться с проблемами с доступом к технологиям российского военно-промышленного комплекса, который только восстанавливается после распада СССР и советского ВПК, предполагает журнал. Впрочем, армия России надолго сохранит свои преимущества – размеры и психологическую силу личного состава.

Оборонный бюджет – $44,6 млрд.
20 215 танков
1 авианосец
3 794 самолетов
ВМФ – 352
Численность армии – 766 055

Франция

Обозреватель The National Interest предполагает, что французская армия в недалеком будущем станет главной армией Европы, получит контроль над военным аппаратом Старого Света и будет определять ее политику безопасности. На руку сухопутным войскам играет и полная поддержка правительства, желающего сохранить большие объемы инвестиций во французский ВПК.
Оборонный бюджет – $ 35 млрд.
406 танков
4 авианосца
1 305 самолетов
ВМФ – 118
Численность армии – 205 000

Великобритания

После окончания Второй Мировой Великобритания отказалась от идеи военного доминирования по всему миру в пользу США, однако Королевские вооруженные силы по-прежнему обладают значительной мощью и принимают участие во всех операциях НАТО. После Второй мировой войны в Великобритании было три большие войны с Исландией, которые не стали победными для Англии – она потерпела поражение, что позволило Исландии расширить свои территории.

Соединенное Королевство когда-то правило более чем половиной мира, включая Индию, Новую Зеландию, Малайзию, Канаду, Австралию, но Соединенное Королевство Великобритании и Северной Ирландии становится гораздо слабее с течением времени. Военный бюджет Великобритании был сокращен из-за BREXIT, и они планируют сократить число своих солдат во время до 2018 года.

В составе флота Ее Величества несколько атомных субмарин со стратегическим ядерным вооружением: всего около 200 боеголовок. К 2020 году предполагается ввод в строй авианосца «Королева Елизавета», который сможет нести 40 истребителей F-35B.

Оборонный бюджет – $ 45,7 млрд.
249 танков
1 вертолетоносец
856 самолетов
ВМФ – 76
Численность армии – 150 000

Германия

После Второй Мировой войны Германия 10 лет вообще не имела своей армии. Во времена противостояния Запада и СССР численность Бундесвера насчитывала до полумиллиона человек, однако после объединения Восточного и Западного Берлина, власти отказались от доктрины противостояния и резко снизили вложения в оборону. Видимо, поэтому в рейтинге Credit Suisse, например, ВС ГДР оказались позади даже Польши (а в данном рейтинге Польши вообще нет). При этом Берлин активно спонсирует восточных союзников по НАТО. После 1945 Германия никогда не была вовлечена непосредственно в крупные операции, но они направляли войска своим союзникам в поддержку во время гражданской войны в Эфиопии, ангольской гражданской войны, боснийской войны и войны в Афганистане.

У немцев сегодня мало подводных лодок и нет ни одного авианосца. Немецкая армия имеет рекордное количество неопытных молодых солдат, что делает ее слабее; сейчас они планируют перестроить свою стратегию и внедрить новые процессы при наборе кадров.

Оборонный бюджет – $ 39,2 млрд.
543 танков
Авианосцев – 0
698 самолетов
ВМФ – 81
Численность армии – 180 000

Италия

Совокупность военных сил Итальянской Республики предназначенная для защиты свободы, независимости и территориальной целостности государства. Состоят из сухопутных войск, военно-морских сил, военно-воздушных сил и корпуса карабинеров.

Италия не принимала непосредственного участия в вооруженных конфликтах в каких-либо странах за последнее время, но всегда участвует в миссиях по поддержанию мира и разворачивали свои войска в войне с терроризмом.

Слабая во времена Второй мировой войны, в настоящее время итальянская армия владеет двумя активными авианосцами, где размещено большое количество вертолетов; у них есть подводные лодки, что позволяет включить их в список самых сильных армий. Италия сейчас не воюет, но является активным членом ООН –охотно передает свои войска в страны, которые обращаются за помощью.

Оборонный бюджет – $ 34 млрд.
200 танков
Авианосцев – 2
822 самолетов
ВМФ – 143
Численность армии – 320 000

6 самых мощных армий Мира

Турция

Вооруженные силы Турции – одни из крупнейших в восточном Средиземноморье. Несмотря на отсутствие авианосцев, по количеству подводных лодок Турция уступает лишь пяти странам. К тому же у Турции впечатляюще большое число танков, самолетов и ударных вертолетов. Страна также участвует в совместной программе по разработке истребителя F-35.

Оборонный бюджет: 18,2 млрд. долларов
Численность личного состава: 410,5 тыс. человек
Танки: 3778
Самолеты: 1020
Подводные лодки: 13

Южная Корея

У Южной Кореи нет иного выбора, кроме как иметь большую и сильную армию перед лицом возможного вторжения с Севера. Поэтому на вооружении армии страны стоят подводные лодки, вертолеты, велика численность личного состава. Также Южная Корея обладает мощной танковой группировкой и шестыми по размеру ВВС в мире.

Оборонный бюджет: 62,3 млрд. долларов
Численность личного состава: 624,4 тыс. человек
Танки: 2381
Самолеты: 1412
Подводные лодки: 13

Индия

Индия – одна из крупнейших военных держав на планете. По численности личного состава она уступает только КНР и США, а по количеству танков и самолетов превосходит все страны, кроме США, Китая и России. В арсенале страны также имеется ядерное оружие. Как ожидается, к 2020 году Индия займет четвертое место в мире по величине расходов на оборону.

Оборонный бюджет: 50 млрд. долларов
Численность личного состава: 1,325 млн. человек
Танки: 6464
Самолеты: 1905
Подводные лодки: 15

Япония

В абсолютном выражении японская армия относительно невелика. Однако вооружена она исключительно хорошо. Япония занимает четвертое место в мире по величине подводного флота. На вооружении также стоят четыре авианосца, хотя они оснащены только вертолетами. По численности ударных вертолетов страна уступает Китаю, России и США.

Оборонный бюджет: 41,6 млрд. долларов
Численность личного состава: 247,1 тыс. человек
Танки: 678
Самолеты: 1613
Подводные лодки: 16

Китай

За последние несколько десятков лет китайская армия сильно выросла в размерах и возможностях. По численности личного состава это крупнейшая армия мира. У нее также вторая по размеру группировка танков (после России) и второй по величине подводный флот (после США). Китай добился удивительных успехов в программе военной модернизации, в настоящее время разрабатывает целый ряд уникальных военных технологий, среди которых баллистические ракеты и самолеты пятого поколения.

Оборонный бюджет: 216 млрд. долларов
Численность личного состава: 2,333 млн. человек
Танки: 9150
Самолеты: 2860
Подводные лодки: 67

США

Несмотря на секвестр бюджета и сокращение расходов, США тратят на оборону больше, чем остальные девять стран из индекса Credit Suisse, вместе взятые. Основным военным преимуществом Америки является флот из 10 авианосцев. Для сравнения, второе место занимает Индия – страна работает над созданием своего третьего авианосца. Также в распоряжении США больше самолетов, чем у любой другой державы, передовые технологии вроде новой скоростной пушки военно-морского флота и большая и хорошо обученная армия – не говоря уже о крупнейшем в мире ядерном арсенале.

Оборонный бюджет: 601 млрд. долларов
Численность личного состава: 1,4 млн. человек
Танки: 8848
Самолеты: 13 892
Подводные лодки: 72

Видео

Источники

https://ru.insider.pro/analytics/2017-02-23/10-samykh-moshchnykh-armii-mira/ -