Балаклавское сражение произошло в конце октября 1854 года. Это было одно из первых сражений между русскими войсками и силами союзников - Британии, Франции и Турции в ходе Крымской войны 1853-1856 года.
К этому времени союзники нанесли поражение русским войскам на реке Альма (в районе села Вилино Бахчисарайского района) и подошли к Севастополю. Британцы закрепились в Балаклаве и стали продвигаться в сторону белокаменного. Началась осада Севастополя.Командование русской армии решило отрезать передовые позиции британских войск, которые располагались на территории от Сапун-горы до третьего бастиона (ныне улица Брестская), от базы снабжения в Балаклаве, что позволило бы снять или значительно ослабить осаду Севастополя. Для этого требовалось захватить редуты на холмах в Балаклавской долине и выйти на расстояние прямого выстрела по Балаклаве.
25 октября еще до рассвета 16-тысячное русское войско под командованием генерал-лейтенанта Павла Липранди приблизилось к позициям союзников со стороны горы Гасфорта. Ему противостояли в основном британские полки и турецкие подразделения под командованием лорда Фицроя Раглана. Общая численность союзных сил во время сражения достигала 4,5 тысячи человек.Русские солдаты штыковой атакой выбили турок из первого редута. Три оставшихся укрепления с пушками турки бросили без боя. По различным данным в качестве трофея войскам Липранди досталось 9 или 11 британских орудий. После этого успеха в атаку на позиции британцев выдвинулась конная бригада генерал-лейтенанта Рыжова. Завязалась ожесточенная рубка русских гусар с английскими драгунами. Британцы отступили, но Рыжов не стал развивать успех и также вернулся к прежним позициям. Впрочем, британцы приписывают победу в этой части сражения себе.
В это же время 1-й Уральский казачий полк подполковника Хорошхина атаковал пехотный полк шотландцев. Пехотинцы выстроились в шеренгу по два человека (обычно в шеренге стояло по четыре солдата), чтобы прикрыть широкий фронт атаки конницы. В результате русским пришлось отступить.После этого произошла одна из самых больших трагедий британской армии - гибель легкой бригады под командованием лорда Кардигана. Всего за 20 минут русские пушки перебили элиту Британской империи: среди раненых и погибших были представители и наследники самых знатных семей туманного Альбиона. О причинах этой трагедии споры в Великобритании ведутся до сих пор.
Некоторые историки считают главным виновником той трагедии лорда Раглана, который отправил конницу, чтобы отбить захваченные русскими британские пушки. В те времена захват пушек считался большим позором для командиров. Другие винят во всем лорда Кардигана, который командовал бригадой, и капитана Нолэна, который привез приказ об атаке. Военные не поняли направление атаки и вместо оставленного турками редута поскакали на дальние русские укрепления. В результате атаки британцы попали под перекрестный огонь русских пушек, а последний залп по британской коннице был сделан фактически в упор. Уцелевшим легким драгунам, уланам и гусарам удалось ворваться на редут, но, понимая бесперспективность дальнейшей атаки, Кардиган приказал отступить. К своим позициям британцы также скакали под обстрелом. Из 625 британских кавалеристов 102 человека были убиты, 128 тяжело ранены, 58 попали в плен. Кроме того, легкая бригада потеряла более половины лошадей. До сих пор британские школьники учат наизусть стихотворение поэта Альфреда Теннисона "Атака легкой бригады", которое увековечило одно из самых трагических событий британской истории.Долина в две мили — редут недалече…
Услышав: "По коням, вперед!",
Долиною смерти, под шквалом картечи,
Отважные скачут шестьсот.
Преддверием ада гремит канонада,
Под жерла орудий подставлены груди —
Но мчатся и мчатся шестьсот.
Несмотря на победу, русские не получили ощутимых преимуществ от этого сражения. Британская база захвачена не была, снабжение британских войск не пострадало. При этом Балаклавское сражение значительно укрепило моральный дух защитников Севастополя, что помогло еще долго удерживать город от захвата неприятелем.
Крымская война 1853-1856 годов стала, пожалуй, первым крупным вооружённым конфликтом в истории человечества, в котором пресса стала играть серьёзную роль.
На настроения в Англии и Франции сильно влияли сообщения репортёров с места боёв. Оценка тех или иных событий, а также хода войны в целом во многом зависела от того, какую «картинку» давали газетчики.
Если в России Крымская война получит отражение позже, в творчестве писателей, то в Британии и Франции каноническое представление о войне в Крыму создали именно журналисты.
Ярким примером этого является Балаклавское сражение, обогатившее английскую мифологию двумя событиями, известными как «атака лёгкой кавалерии» и «тонкая красная линия».
В середине октября 1854 года русские войска предприняли попытку облегчить положение блокированного англо-франко-турецкими силами Севастополя путём нанесения удара в направлении главной английской базы в Крыму — порта Балаклава.
Операцию возглавил заместитель главнокомандующего русскими войсками в Крыму князя Меншикова генерал-лейтенант Павел Липранди .
Генерал-лейтенант Павел Петрович Липранди. Фото: Commons.wikimedia.orgТурецкий б ег
В распоряжении Липранди находились 16 тысяч человек: Киевский и Ингерманландский гусарские, Уральский и Донской казачьи, Азовский, Днепровский пехотные, Одесский и Украинский егерские полки и ряд других частей и подразделений.
Балаклаву, где располагался лагерь и военные склады союзных войск, прикрывали четыре укреплённых редута, оборону на которых держали турецкие солдаты и английские артиллеристы.
Ударной силой группировки союзников под Балаклавой, насчитывавшей 4500 человек, являлись две английские отборные кавалерийские бригады — бригада тяжёлой кавалерии Джеймса Скарлетта и бригада лёгкой кавалерии Джеймса Кардигана .
Сражение 13 октября (25 октября по новому стилю) произошло в долинах к северу от Балаклавы, ограниченных невысокими Федюхиными горами.
Около пяти часов утра русская пехота выбила турок из первого редута после стремительной штыковой атаки.
Нужно отметить, что османские подразделения, находившиеся в Крыму, не были лучшими в турецкой армии и отличались невысокими боевыми качествами. Именно поэтому три других редута, а также английская артиллерия, расположенная на них, в количестве девяти штук досталась русским фактически без боя.
Более того, англичанам пришлось останавливать бегство своих союзников, открывая по бегущим огонь.
После успешного начала сражения генерал Липранди отдал приказ гусарской бригаде атаковать английский артиллерийский парк. Однако разведка русской армии допустила ошибку — вместо артиллеристов гусары столкнулись с бригадой тяжёлой английской кавалерии.
Встреча оказалась неожиданной для обеих сторон. В завязавшемся бою русские сумели потеснить англичан, однако развивать наступление командир гусарской бригады генерал-лейтенант Рыжов не рискнул, отведя подразделение на исходные позиции.
«Тонкая красная линия»
Ключевым моментом сражения, по мнению многих историков, стала атака 1-го Уральского казачьего полка подполковника Хорошхина на позиции 93-го шотландского пехотного полка.
По английской версии, этот полк оставался последним прикрытием союзных войск от прорыва русских в военный лагерь в Балаклаве.
Чтобы удержать большой фронт атаки казаков, командир шотландцев Колин Кэмпбелл приказал своим солдатам построиться в шеренгу по два, вместо предусмотренной уставами в таких случаях шеренги по четыре.
Атаку казаков шотландцы отбили.
Оборону шотландских горцев от наступающих казаков восторженно описывали английские журналисты. Обмундирование шотландцев имело красный цвет, и корреспондент газеты «Таймс» Уильям Рассел описал обороняющихся как «тонкую красную полоску, ощетинившуюся сталью».
Выражение «тонкая красная линия» как символ мужественной обороны из последних сил вошло в устойчивый оборот сначала в Англии, а затем и в других странах Запада.
Также журналисты описали такой диалог между Кэмпбеллом и его адъютантом Джоном Скоттом :
— Приказа к отходу не будет, парни. Вы должны умереть там, где стоите.
— Есть, сэр Колин. Если понадобится, мы это сделаем.
На деле всё было несколько не так, как писали англичане. 93-й полк вовсе не был последней линией обороны. В тылу у него располагались позиции английской артиллерии, а в самой Балаклаве готов был вступить в бой отряд Королевской морской пехоты.
Кроме того, большая часть русской кавалерии была занята боем с бригадой тяжёлой кавалерии англичан, потому силы атакующих тоже были ограничены. Стоит также добавить, что, по мнению ряда историков, шотландский полк оборонялся не в одиночку, а с частью отступивших с редутов турецких подразделений.
Но англичане и по сей день предпочитают верить в ту «тонкую красную линию», какую им описали 160 лет тому назад английские журналисты.
Тонкая красная линия, картина Роберта Гиббса. Фото: Commons.wikimedia.org
Гнев лорда в реглане
После отражения атаки казаков и отхода гусарской бригады на исходные позиции сражение, казалось, подходит к концу с приемлемым для союзников исходом — русским войскам не удалось добраться до английского лагеря и нарушить снабжение экспедиционного корпуса англо-франко-турецких сил.
Однако у лорда Реглана , командующего английскими силами в Крыму, было иное мнение. Полководец, ещё в молодости лишившийся руки в битве при Ватерлоо, после чего подаривший своё имя новому виду рукава одежды, позволявшему скрыть этот недостаток, был чрезвычайно разгневан утратой девяти английских орудий в начале сражения.
На орудиях стояли эмблемы армии и государства, и лорд посчитал позором безропотно оставлять русским английские пушки в качестве трофея.
Памятник британцам, павшим в Крымской войне 1854-1856. Памятник установлен неподалеку от Сапун-Горы возле дороги Севастополь-Балаклава в связи со 150-летием окончания Крымской войны. Фото: Commons.wikimedia.org / George Chernilevsky
Прибыв к месту боя, когда уже наступило затишье, командующий, указав рукой на русских солдат, увозивших пушки с захваченных редутов, приказал — орудия отбить во что бы то ни стало. Приказ командующему английской кавалерии лорду Лукану был передан в виде записки следующего содержания: «Лорд Реглан желает, чтобы кавалерия быстро выдвинулась к линии фронта, преследуя противника, и попыталась воспрепятствовать неприятелю увезти прочь орудия. Отряд конной артиллерии также может присоединиться. Французская кавалерия у вас находится на левом фланге. Немедленно».
Мясо пушечное английское. Аристократическое
Когда отправленный с запиской капитан Нолэн даставил её лорду Лукану, тот поинтересовался: а о каких орудиях идёт речь?
Дело в том, что на другом конце долины располагались хорошо защищённые позиции тяжёлой русской артиллерии.
Нолэн неопределённо махнул рукой в сторону русских позиций, сказав что-то вроде: «Вон там!».
Тогда Лукан отдал приказ командиру бригады лёгкой английской кавалерии лорду Кардигану атаковать позиции русских артиллеристов. Кардиган логично возразил: атака кавалерии по открытой равнине на позиции артиллерии самоубийственна. Лукан, не споря с этим, заметил: приказ есть приказ.
Более 600 английских кавалеристов устремились в атаку. Это действительно оказалось неожиданностью для русских. Под перекрёстным, но довольно хаотичным огнём с русских позиций англичане добрались до орудий и частично уничтожили артиллерийские расчёты. Однако контратака русских кавалеристов заставила англичан отступить.
Отступление было ужасным — разобравшиеся в происходящем русские войска обрушили на кавалеристов ураганный огонь, практически уничтожив бригаду как боевую единицу.
Вот описание завершающего момента атаки в газете «Таймс»: «Итак, мы наблюдали, как они ворвались на батарею; затем, к восторгу своему, мы увидели, что они возвращаются, пробившись сквозь колонну русской пехоты, разметав её как стог сена. И тут их — потерявших строй, рассеявшихся по долине — смёл фланговый залп батареи на холме. Раненые и потерявшие коней кавалеристы, бегущие к нашим позициям, красноречивее любых слов свидетельствовали об их печальной судьбе — да, они потерпели неудачу, но даже полубоги не смогли бы сделать большего... В 11:35 перед проклятыми московитскими пушками более не осталось британских солдат, кроме мёртвых и умирающих...»
Военный лагерь около Балаклавы. Фото: Commons.wikimedia.org
Как позор стал легендой
Бригада лёгкой кавалерии, составленная из выходцев из лучших аристократических семей Англии, сражавшаяся на лучших лошадях, была превращена в «пушечное мясо», которого хватило на двадцать минут боя.
Удивительно, но в английской истории этот случай не остался как «преступление кровавого Реглана, завалившего русских трупами».
Благодаря всё тем же журналистам, а затем и деятелям английской культуры, атака под Балаклавой прославилась как пример высочайшего мужества и самопожертвования, а выражение «атака лёгкой кавалерии» стало нарицательным, означающим безнадёжный и безрассудный, но высокий героизм.
Теперь уж и фланги огнём полыхают.
Чугунные чудища не отдыхают —
Из каждого хлещет жерла.
Никто не замешкался, не обернулся,
Никто из атаки живым не вернулся:
Смерть челюсти сыто свела.
Но вышли из левиафановой пасти
Шестьсот кавалеров возвышенной страсти —
Затем, чтоб остаться в веках.
Утихло сраженье, долина дымится,
Но слава героев вовек не затмится,
Вовек не рассеется в прах.
Об «атаке лёгкой кавалерии» в Британии по сей день снимают фильмы и пишут книги — вот что значит грамотный пиар, превращающий даже преступную глупость в высокую доблесть!
Пресса решает всё
Что касается исхода всего Балаклавского сражения, то русская армия, так и не добравшись до английского лагеря, своими действиями всё-таки предотвратила генеральный штурм Севастополя, заставив противника перейти к осаде. Также в плюс можно занести более 900 убитых, раненых и пленных солдат противника против 617 человек собственных потерь, а также трофейные английские пушки, до которых лорд Реглан так и не добрался.
Не блестящий результат, но вполне сносный. Но «раскрутить» его так, как английские журналисты «раскрутили» «тонкую красную линию» и «атаку лёгкой кавалерии», в России было некому.
Балаклавское сражение
После первого бомбардирования союзники поняли, что взять Севастополь приступом не так-то легко. Они решили вести правильную осаду и заставить севастопольцев сдаться. Укрепления и работы неприятельские все ближе и ближе подходили к Севастополю. Князя Меньшикова это очень беспокоило. Он уже собирался оставить Южную сторону и с помощью кораблей перевезти гарнизон на Северную.
Но, чтобы отвлечь внимание союзников от Севастополя, решено было произвести нападение на неприятельские войска, расположенные около Балаклавы. Город Балаклава, с его прекрасной бухтой, был самый важный пункт для англичан. Это был их порт, арсенал и складочное место, откуда они получали все необходимое для войска.
В это самое время в Севастополь прибыла 12-я пехотная дивизия, под начальством генерала Липранди. Ему-то и поручил князь Меньшиков это дело. Генерал Липранди был опытный боевой генерал и добрый начальник. Он относился к солдатам хотя строго, но справедливо и заботился о них.
Накануне балаклавского сражения он внимательно осмотрел укрепления союзников и заметил, что Балаклава укреплена двумя рядами редутов: первый ряд - около сел Чоргун и Кадыкой и второй ряд - около Сапун-горы. Редуты оберегались турками.
Решено было с 16-тысячным отрядом начать атаку от села Чоргун, овладеть редутами перед селением Кадыкой и подняться с артиллерией на Сапун-гору, которая не была еще сильно укреплена.
12 октября генерал Липранди обходил войска и приветливо здоровался. Его встречало радостное «ура».
Завтра нам придется поработать, - говорил генерал. - Смотрите же, чтобы ни одной пули на ветер!..
Рады стараться! Ура! - отвечали солдаты.
Наступил тихий, теплый, прекрасный вечер, каких много в Крыму осенью. Солдаты подошли и расположились лагерем на берегу Черной речки у Трактирного мостика. Лагерь представлял живописный, оживленный вид. Повсюду виднелись ружья, составленные в козла, орудия, зарядные ящики, лошади. Солдаты садились около костров и тихо, сдержанно разговаривали.
Одни наказывали землякам и товарищам переслать в случае смерти на родину деньги, другие слушали рассказы о сражении, иные, понуря голову, думали свою, может, последнюю горькую думу: вспоминали далекую родину, близких... Не слышно было ни шуток ни песен. Кое-где под кустами блестели огоньки зажженных свечей. Там сидели офицеры.
Они тоже тихо беседовали; некоторые сжигали свои письма, другие писали духовные завещания или передавали друг другу последнюю волю. Но вот все стихло. Солдаты легли спать. В тишине изредка слышалось ржанье лошадей, бряцанье оружия дежурных да сдержанный шепот.
Утро 13 октября было пасмурное. Лагерь проснулся при первом рассвете. Солдаты стали возиться около лошадей и орудий. Многие, готовясь к смерти, надевали чистое белье. Все горячо молились. Несообщительные, молчаливые пластуны, обратившись на восток, шептали какие-то свои заговоры о сохранении жизни в сражении.
Скоро была готова каша. Солдатам дали по чарке вина. Некоторые, даже большие любители водочки, отказывались и не пили, ожидая своего последнего часа.
Не... Сегодня баста!.. Не пью, - говорил старик служивый. - Не охота, братцы, на тот свет под хмелем итти. Это не способно!
Молодой солдатик взглянул на него, тряхнул головой и тоже отказался от чарки.
В шестом часу утра пехота быстро разобрала ружья; кавалерия села на коней; артиллерия взяла орудия на передки.
Отряд был готов. Вдали показался верхом на лошади генерал Липранди. Объезжая войска, он говорил:
Будем драться храбро, ребята, как на Дунае!
Ура! Ура! Постоим! - отвечали солдаты.
С вами, ребята, не сомневаюсь в победе!
Ура! - победным криком вырвался возглас из могучей груди богатырей-солдат.
Войска двинулись по двум ущельям. По главному, от села Чоргун в Кадыкой, шла колонна генерал-майора Левуцкаго; левее его, за горою, двигался генерал-майор Семякин. По второму ущелью, из села Чоргун в Байдарскую долину, следовал отряд генерал-майора Гриббе, а по Трактирному мосту переправлялась колонна полковника Скюдери, а за ним - кавалерия и артиллерия под начальством генерал-лейтенанта Рыжова.
Войска двигались в глубоком молчании; даже лошади не ржали. Но вот вдали раздался ружейный выстрел, потом другой, еще и еще. Дело началось. Все приободрились. Колонна генерала Гриббе первая дошла до места назначения. Полсотни казаков, шедших во главе, бросились на стоявший по дороге у часовни Иоанна Постного неприятельский пикет и оттеснили его... Он даже не сопротивлялся. Затем пехота заняла село Комары.
В это время на Кадыкойских высотах стала артиллерия и открыла по укреплениям огонь. Все колонны нашего отряда были уже на местах, С появлением наших войск в виду неприятеля, турки открыли огонь со всех передовых редутов, но скоро должны были прекратить. Азовский полк атаковал 1-й редут. Азовцы как шмели облепили укрепление: кто лез в амбразуры, кто атаковал с тыла, и началась штыковая работа. Турки бежали, оставив много убитых. Укрепление с орудиями и лагерем досталось победителям. Азовцы тотчас же поставили здесь свои знамена.
Скоро русские овладели всеми передовыми редутами. Союзники встревожились. В Балаклаве ударили тревогу. Оба главнокомандующих, Сент-Арно и лорд Раглан, прискакали на поле сражения. Лорд Раглан послал к генералу Лукану с приказанием атаковать нашу позицию легкой кавалерией.
Куда же я ее пущу? - спрашивал генерал Лукан посланного.
Там, милорд, наши враги. Там остались наши пушки, - отвечал посланный, указывая на первые редуты. Генерал Лукан поручил Кардигану исполнить приказание.
Кардиган понимал, как опасно это поручение. Прежде всего, ему придется двигаться под перекрестными огнями нашей пехоты. Но Кардиган молодецки понесся во весь карьер на нашу кавалерию. Пехота быстро свернулась в каре и встретила атакующих батальным огнем. Англичане уже рубили прислугу, но подоспели уральцы и уланы. Произошла страшная схватка. Редуты переходили из рук в руки. Храбрый Кардиган дрался отчаянно.
Эта храбрая английская бригада, сделав блистательную атаку, понесла огромную потерю: 400 убитых, 6о раненых, один офицер и 22 нижних чина взяты в плен. Хотя на помощь подоспели французы, но отбить взятые позиции не могли.
В минуту самой жаркой схватки к нашему фронту подскакал французский офицер и кричал по-русски с польским акцентом: «Руби их! Руби их, русских!»
Русские пытались взять его живым в плен. Но чья-то пуля повалила его на землю. Он был ранен. После отбития атаки к этому офицеру подошел русский офицер и спросил, кто он и как попал в ряды неприятелей. Тот, уже умирающий, озлобленный, поднял руку с револьвером и хотел выстрелить. Солдаты вырвали у него револьвер. Рядом лежал другой смертельно раненый молодой офицер. Он снял свои часы и медальон с портретом и умолял передать их парламентеру и просить отправить на родину. Просьбу его, конечно, исполнили.
«Приобретение местности, а отнюдь не число убитых, доставляет победу», говорил Фридрих Великий. Наши войска остались на занятых ими укреплениях. В добычу нам досталось одно турецкое знамя, и орудий, турецкий лагерь, 6о патронных ящиков и шанцевый инструмент.
Вечером, когда люди собрались на биваке, рассказам не было конца. Солдаты щеголяли в неприятельских обновах: кто во французской кепи, кто в английской шинели или в чем-нибудь турецком. Все были рады, поздравляли друг друга с победой, целовались, обнимались. Подчас становилось грустно, когда вспоминали о тех, которых уж нет в их рядах.
Победа на Кадыкойских высотах очень возвысила дух севастопольцев; она ободрила войска, указала им возможность победы над союзниками. Государь император писал князю Меньшикову:
«Слава Богу! Слава тебе и сподвижникам твоим, слава героям-богатырям нашим за прекрасное начало наступательных действий. Благодарю тебя, любезный Меньшиков, что предугадал мою волю, объявив мое спасибо войскам-молодцам; оно ими вполне заслужено. Надеюсь на милость Божию, что начатое славно довершится так же.
«Не менее счастливит меня геройская стойкость наших несравненных моряков, неустрашимых защитников Севастополя. Господь воздаст им за все их доблестные подвиги, которым и примеру еще не бывало. Я счастлив, что, зная моих моряков-черноморцев с 1828 года, был очевидцем, что им никогда и ничего нет невозможного, был уверен, что эти несравненные молодцы вновь себя покажут, какими всегда были и на море и на суше. Вели им сказать всем, что их старый знакомый, всегда их уважавший, ими гордится и всех отцовски благодарит, как своих дорогих и любимых детей. Передай им эти слова в приказе, а флигель-адъютанту князю Голицыну вели объехать все экипажи с моим поклоном и благодарностью.
«Да хранит вас Господь Великосердый! «Обнимаю тебя душевно. Мой искренний поклон всем. Липранди обними за меня за славное начало».
К.В. Лукашевич
Фото красивых мест Крыма
Балакла́вское сражение произошло 13 (25) октября 1854 и было одним из крупнейших сражений Крымской войны 1853-1856 годов между союзными силами Великобритании, Франции и Турции с одной стороны, и Россией - с другой.
Сражение произошло в долинах к северу от Балаклавы, ограниченных невысокими Федюхиными горами, Сапун-горой и рекой Чёрной. Это было первое и единственное сражение Крымской войны, в котором русские войска существенно преобладали в силах.
Три события отметили это сражение, которое могло бы так и остаться второстепенным: защита шотландцев от решительных русских (также называемая «тонкой красной линией» фр. la mince ligne rouge), атака тяжёлой британской бригады, которая, против ожидания, обернулась успехом, и атака лёгкой британской бригады, предпринятая лордом Кардиганом после серии недоразумений и которая привела к большим потерям.
Сражение не стало решающим. Британцы свернулись у Севастополя, а русские сохранили свои пушки и позицию.
Военный лагерь около Балаклавы
Расположение союзных войск в Балаклавском лагере
В середине сентября 1854 года на буграх вокруг занятой Балаклавы союзные войска построили 4 редута (3 больших и один поменьше), которые обороняли размещённые там по распоряжению лорда Раглана турецкие войска. На каждом редуте находилось по 250 турецких солдат и 1 английскому артиллеристу. Артиллерией, однако, были оснащены лишь 3 больших редута. В Балаклаве располагался лагерь и военные склады союзных войск. Англичане презрительно обходились со своими турецкими союзниками, подвергали их телесным наказаниям за малейшие проступки и выдавали более чем скромный рацион.
Планы и силы сторон
В октябре русские силы приблизились к союзной Балаклавской базе.
Город и порт Балаклава, расположенный в 15 км к югу от Севастополя, являлся базой британского экспедиционного корпуса в Крыму. Удар русских войск по позициям союзников у Балаклавы мог, в случае успеха, привести к деблокированию осаждённого Севастополя и нарушению снабжения англичан.
Русский отряд, находившийся под командованием генерала от инфантерии Павла Петровича Липранди, насчитывал около 16 тысяч человек и включал Киевский и Ингерманландский гусарские, Уральский и Донской казачие, Днепровский и Одесский пехотные полки и ряд других частей и подразделений. Генерал Липранди занимал должность заместителя главнокомандующего русскими войсками в Крыму князя Александра Сергеевича Меньшикова.
Литография (1858-1861) Александр Сергеевич Меншиков
Силы союзников, в основном представленные британскими войсками, включали две кавалерийских бригады. Бригада тяжёлой кавалерии под командованием бригадного генерала Джеймса Скарлетта состояла из 4 и 5 гвардейских драгунских, 1, 2 и 6 драгунских полков (5 двух-эскадронных полков, всего 800 чел.) и располагалась к югу, ближе к Балаклаве. Северные позиции, ближе к Федюхиным горам, занимала бригада лёгкой кавалерии, включавшая 4, 8, 11, 13 гусарские и 17 уланский полки (5 полков двух-эскадронного состава, всего 700 чел.). Командовал лёгкой бригадой генерал-майор лорд Кардиган.
Кардиган, Джеймс
В лёгкой кавалерии, считавшейся элитным родом войск, служили представители известнейших аристократических родов Великобритании. Общее командование британской кавалерией осуществлял генерал-майор граф Лукан. В сражении участвовали также французские и турецкие подразделения, но их роль была незначительной. Количество войск союзников составляло около двух тысяч человек.
Британским экспедиционным корпусом командовал генерал-лейтенант лорд Раглан, французским - дивизионный генерал Франсуа Канробер.
Маршал Канробер
Начало сражения
Памятник павшим британцам в Балаклавской долине
Сражение началось около пяти утра, ещё до рассвета. Русские штыковой атакой выбили турецкие войска из редута № 1, расположенного на южном фланге, и уничтожили около 170 турок. Три оставшиеся редута, расположенные к северу и северо-западу, были брошены турками без боя. Панически бежавшие турецкие войска не привели в негодность артиллерию, располагавшуюся на редутах, и русским в качестве трофея досталось девять орудий. Англичанам пришлось останавливать отступавших турок силой оружия.
Захватив редуты, при попытке дальнейшего развития атаки с целью выхода к Балаклаве, русские натолкнулись на сильнейшее сопротивление тяжёлой кавалерии Скарлетта и 93 шотландского пехотного полка баронета Колина Кэмпбелла. Для того, чтобы прикрыть слишком широкий фронт атаки русской кавалерии, Кэмпбелл приказал своим солдатам построиться в шеренгу по два, вместо предусмотренной уставами в таких случаях шеренги по четыре. Слова приказа Кэмпбелла и ответ на них его адъютанта Джона Скотта вошли в британскую военную историю:
Приказа к отходу не будет, парни. Вы должны умереть там, где стоите.
Есть, сэр Колин. Если понадобится, мы это сделаем.
Корреспондент «Таймс» описал потом шотландский полк в этот момент как «тонкую красную полоску, ощетинившуюся сталью». Со временем это выражение перешло в устойчивый оборот «тонкая красная линия», обозначающий оборону из последних сил.
Атака русских войск была отражена. Генерал Липранди посчитал на этом дневную задачу выполненной.
-
Балаклавское сражение. Крымские победы России
Англичане назвали этот день «бедствием, непревзойденным в истории». Погибли бригады лёгкой артиллерии, в которых служили отпрыски знатнейших фамилий Британии. Долина была полита «голубой кровью» английской аристократии. Так закончилось Балаклавское сражение.
Балаклавское сражение 1854 года. Значимая победа в Крымской войне
25 (13) октября 1854 года произошло Балаклавское сражение — одно из крупнейших сражений Крымской войны 1853-1856 годов между союзными силами Великобритании, Франции и Турции с одной стороны, и русскими войсками - с другой.
Город и порт Балаклава, расположенный в 15 км к югу от Севастополя, являлся базой британского экспедиционного корпуса в Крыму. Удар русских войск по позициям союзников у Балаклавы мог, в случае успеха, привести к деблокированию осаждённого Севастополя и нарушению снабжения англичан.
Рано утром 13 октября 1854 года так называемый Чоргунский отряд под командой генерал-лейтенанта П.Липранди с громким криком «Ура!» штурмовал и захватил турецкий редут, переколов штыками 170 турок. Турки бежали, бросив 9 орудий.
Овладев Кадык-койскими высотами, русские посчитали сражение оконченным, но английским командованием был отдан приказ отбить пушки, которые русские уже собирались увезти. И в 11 часов 20 минут более шестисот человек из лёгкой кавалерийской бригады графа Кардигана перешли в наступление.
Увлёкшись атакой, англичане проскочили мимо орудий и «попали в мешок» — впереди была русская кавалерия, а по обеим сторонам на высотах обстреливала пехота. Русская батарея, на которую выскочила группа английских всадников, расстреляла их в упор.
Лёгкая бригада Кардигана, в которой служили аристократы, представители известных британских фамилий, перестала существовать. Из более чем 600 человек из атаки, длившейся всего двадцать минут, вернулось около 200, да и те в большинстве раненые.
Победителям достался турецкий лагерь, 11 орудий и английские лошади, потерявшие в бою всадников и носившиеся по долине. Захваченные на редутах пушки доставили в Севастополь и провезли под колокольный звон по улицам города. Героев чествовали, по 133 павшим отслужили службу.
Но достичь цели сражения – отсечь английскую армию от штаб-квартиры в Балаклаве – русским войскам так и не удалось.
Балаклавское сражение. Важность Крыма для России
Россия, стремившаяся обезопасить свои южные границы и получить выход в Чёрное море, всегда воевала с Турцией. В 1783 году после русско-турецкой войны Крым был присоединён к Российской империи. Начали строиться новые города и порты: Севастополь – крепость и база Черноморского флота, Симферополь. Крым стал составной частью вновь созданной Таврической области.
Большинство мусульманского населения покинуло Крым, перебравшись в Турцию, край обезлюдел и пришёл в запустение. Чтобы возродить полуостров, князь Г.Потёмкин, назначенный губернатором Тавриды, стал переселять из соседних районов крепостных и отставных солдат. Так появились на крымской земле новые деревни Мазанка, Изомовка, Чистенькое… Труды Светлейшего князя не прошли даром, экономика Крыма стала быстро развиваться, разбивались сады, виноградники, табачные плантации.
Балаклавское сражение. Цивилизаторские войны как бренд России
Россия, в отличие от Запада, всегда вела цивилизаторские войны. Когда на захваченных территориях начинались экономические и культурные преобразования, способствующие расцвету присоединённых территорий.
Так, Крым из отсталой территории постепенно превратился в процветающий регион с уникальным климатом, данным ему от природы, курортную зону для жителей России, а позднее Советского Союза.
В Крыму прокладывались железные дороги, возводились предприятия по переработке зерна, табака, винограда, фруктов. По всему побережью строились дворцы, усадьбы, виллы, принадлежавшие придворной знати, богатым промышленникам и помещикам. Так, Ялта в считанные годы из деревушки превратилась в знаменитый аристократический курорт.
Балаклавское сражение. Сражение за Крым сегодня
Крым не раз становился ареной ожесточённых битв и сражений. Самая кровопролитная война XIX столетия в России даже получила название Крымской (1853-1856 гг.). Кровавым был и период Гражданской войны в Крыму (1918-1920 гг.). Крым несколько раз переходил из рук в руки – шли ожесточённые бои между Красной и Белой армиями. В 1920 году Крым стал частью Советской России.
В годы Великой Отечественной войны через Крымский полуостров не раз прокатывался огненный вал фронта. Здесь, на крымской земле полегли не десятки – сотни тысяч советских солдат и офицеров.
Сегодня в Крыму проходит очередное сражение. На этот раз между кожным Западом и уретрально-мышечной Россией. Идёт сражение с применением самых последних достижений в дезинформации и дезориентации. Так называемые гибридные войны, когда умело направляются друг на друга братские народы.
